Следующая роль СЮ опять была не похожа ни на одну из предыдущих — через год после зловещего Дживолы он сыграл неунывающего старика- грузина Илико в спектакле «Я, бабушка, Илико и Илларион» . Уцелел кусочек видеозаписи, а Старое радио отыскало аудиозапись всего спектакля. Ко всему прочему вчера из архива Наталья Рубинштейн (Natalya Rubinshteyn) прилетела любопытная добавка — СЮ и режиссер спектакля Рубен Агамирзян вспоминают работу над ним 15 лет спустя.

Следющая роль СЮ (через 8 месяцев после премьеры «Горя от ума») — Дживола-Геббельс в «Карьере Артуро Уи» Бертольда Брехта.

Сергей Коковкин (которого я лет эдак 50 помню как замечательного короля Магнуса в «Тележке с яблоками» Бернарда Шоу в постановке Вадима Голикова) написал в Петербургском Театральном Журнале» через несколько дней после смерти СЮ: «Это было три недели назад. Я сдавал в печать свою последнюю книгу под категоричным заголовком «Занавес!». В издательстве спросили — кто напишет предисловие, и я позвонил Юрскому. Он ценил мою предыдущую книгу «Я научу вас свободу любить», как-то раз обсудив ее со мной неожиданно азартно и подробно. И я рискнул вновь услышать его отклик.

Сережа согласился, пояснив, что отзыв бывает трех родов — как предуведомление, как заключение и как восклицание. — Я выбираю последнее, — сказал Юрский. — Все будет готово к Крещению.

19 января я позвонил ему. — Я написал, — бодро заявил Сережа. — Текст знатный. Но тебе я читать не буду. Пусть позвонит мне редактор. Когда Елена Сергеевна позвонила ему, он попросил ее взять карандаш и бумагу и объявил: — Я буду вам диктовать. Алексеева робко спросила, нельзя ли прислать текст по электронной почте. — Нет, — решительно ответил Сережа. — Тот Юрский, которого вы знали, не существует. Его больше нет. Он умер. Пишите…

Окончив чтение, он попросил поставить дату. Елена Сергеевна пыталась возразить, что число в тексте вовсе не обязательно, но Сергей заверил ее, что в данном случае оно для него просто необходимо. Неужели он предчувствовал, что это последнее его высказывание? В книге «Занавес!» теперь навсегда поставлена точка. 19 января 2019 года.»

————

СЮ о книге Сергея Коковкина: «Актёры как цыгане – кто в таборе родился, тому уже оттуда не выйти. Серёжа Коковкин – сын актёра и дитя театра. Впрочем, как и я. Это нас роднит. Он не просто хорошо обученный театральному делу, он впитавший его тайные законы с материнским молоком.

СЛОВО – вот наш девиз и наш инструмент, и наш кумир. В нынешний век всюду проникающих технологий таким людям нелегко. Тем интереснее, тем важнее вслушаться, вчитаться, вглядеться в их борьбу за своё природное право творить и проповедовать СВОЙ ТЕАТР.

Знаю Сергея Коковкина как актёра-партнёра – вместе играли в пьесе С. Алёшина «Тема с вариациями». Знаю его как взволнованный, благодарный зритель – много раз смотрел, как они вместе с Натальей Теняковой играли драму жизни супругов Толстых в пьесе самого Коковкина «Если буду жив». Знаю его как драматурга-мыслителя – много читал его и немало обсуждено в разговорах.

Раз пришло желание собрать всё вместе, значит пора такая – время глянуть на долгие труды как на целое. Всячески рекомендую сегодняшним читателям заново пересмотреть или впервые познакомиться с творчеством одного из ярких людей времен высокой волны театра – актёра, драматурга, режиссёра и педагога Сергея Коковкина.

Сергей Юрский 19 января 2019 г.»

Еще одна новая страница — она посвящена роли взбунтовавшегося лейтенанта Константина Часовникова в спектакле «Океан» (1961)  В чем-то она уже предвещала Чацкого — это особенно заметно в сохранившейся в архиве Старого радио аудиозаписи центральной сцены из спектакля.

Через несколько месяцев после дебюта в БДТ Сергей Юрский сыграл роль, ничем не похожую на первую — https://sergeyyursky.memorial/синьор-марио-пишет-комедию/ Жалко, что пока что нашлась только одна фотография — это был такой лихой рок-н-ролл!

Новая страница, посвященные дебюту СЮ на сцене БДТ — В поисках радости https://sergeyyursky.memorial/в-поисках-радости/

Из разных источников собрался портрет СЮ в роли короля Генриха IV 

Три добавления на страницу «Фантазии Фарятьева» из архива Наталья Рубинштейн (Natalya Rubinshteyn)

Особенно ценна подробная рецензия Марии Седых , тогда еще начинающего критика, впоследствии — сотрудника СЮ на Игроках-21. За свою короткую жизнь она написала несколько прекрасных текстов о работах СЮ.

В контексте судьбы актера обращает на себя внимание не только факт, что несмотря на запрет упоминания имени Юрского в Ленинграде (а отчасти и вопреки ему) московская пресса интенсивно пишет о его работах, но и прямой выговор в адрес театра, который устраивает один из ведущих московских критиков в обзорной рецензии на московские гастроли БДТ:

«… Во многих театрах страны идет сейчас трагикомедия А. Соколовой «Фантазии Фарятьева», впервые поставленная на малой сцене БДТ С. Юрским. Не могу согласиться с иными моими коллегами в их неприятии С. Юрского в роли Фарятьева—по-моему, он и другие актеры чутко слышат стиль трагикомедии. Если же говорить о Юрском, то острую тревогу и сожаление вызывает другое: почему этот редкостно талантливый актер, взращенный и созревший в БДТ, практически не занят в репертуаре театра?…» (А. АНАСТАСЬЕВ. Из статьи ПОИСК В ПУТИ Размышления о гастролях БДТ имени Горького. Комсомольская правда, 8 июля 1977 года)

На страницу, посвященную спектаклю «Ревизор» , добавлены выдержки из блестящей рецензии Игоря Золотусского (архив Наталья Рубинштейн (Natalya Rubinshteyn). Полностью она опубликована на странице «Пресса 1972» . На основе сыгранного актерским дуэтом Юрского и Басилашвили критик «дотягивает» увиденное на сцене до того, что потенциально содержалось в замысле режиссера. Осип был последней ролью, сыгранной Юрским в спектаклях Товстоногова. Вплоть до его ухода из театра пять лет спустя ГАТ его в своих спектаклях больше не занимал.

На страницу https://sergeyyursky.memorial/2019-юрий-кружнов/ добавлен серьезный лонгрид о феномене Юрского — «Два театра Сергея Юрского»

Театровед, музыковед и историк Юрий Кружнов, автор бестселлера «Легенды БДТ», в то далекое время работавший звукооператором в Большом Драматическом, размышляет о судьбе актера и смысле сделанного им в форме диалога с самим собой. Не пытайтесь прочесть второпях — это плотный текст, приглашающий к размышлению. Комментарии приветствуются.