Три рассказа добавлены на страницу «Прощание, воспоминания и размышления»
Маша Ионина(Левина) : Спустя две недели после исключения Эткинда из института и из Союза писателей, 9 мая, мы с Катей пошли на концерт Юрского. За кулисами, увидев Катю, Юрский тут же бросился к ней: «Как папа? Он болен?»
— А Вы уже знаете?
— Мне только что сказали. Надо будет мне к нему зайти. Передайте вашим нежнейший привет. И если понадобится какая-нибудь помощь… Любая… Ну что я могу еще сказать?
Этот диалог с Катей происходил при большом скоплении народа, набившегося за кулисы. Юрский прекрасно знал, что рядом с ним мог стоять его личный стукач. И все равно вел себя так, как будто опасности не существует.
Екатерина Эткинд-Допера: Всё напряжение дня вышло из меня потоком слёз. Вдруг я услышала шаги и почувствовала, как меня берут за плечи, поворачивают лицом и так мягко говoрят: «А зачем же тут сырость разводить? Что случилось?» Я сквозь слезы отвечаю: «Сергей Юрьевич, (я его сразу узнала) — я провалила экзамен по истории: мне не хватило полбалла. А я так мечтала заниматься историей театра, драматургией Мольера. А теперь выходит полное фиаско».
Мэтр посмотрел на меня, взял свой носовой платок, утёр мои слезы и сказал: “Никуда не уходите, ждите меня тут”. Через четверть часа он вернулся и радостно воскликнул: «Всё в полном порядке. Вы зачислены на первый курс. Но с одним условием — Вы должны сдать первую сессию на «отлично»”.
Н.Р.Рубинштейн : Я долго заманивала СЮ в зоопарк, и, наконец, мне это удалось. (Это когда он ещё в Ленинграде жил). Он пришёл безумно элегантный в коричневом пиджаке и бежевых брюках (сколько лет прошло, а вот помню). Мы погуляли по зоопарку, а потом я из лучших (а частично и из хулиганских) побуждений вывела его на площадку, где гуляли 3 уже довольно больших тигрёнка. (Я же не знала тогда, что он из «цирковых» и общение с хищниками для него не впервой). СЮ с честью выдержал испытание, а если и испугался, то не за себя, а за брюки, когда тигрята возились у него под ногами.
